№54, Рав Илель Бродский

Тринадцать качеств милосердия

Поделиться:

Рав Илель БРОДСКИЙ

Знаменитая фраза, которую мы читаем в «покаянной молитве» и в дни общественного поста, так называемые «Тринадцать качеств милосердия», обычно произносится на Святом языке и звучит так: .ונקה וחטאה ופשע עוון נושא ,לאלפים חסד נוצר ,ואמת חסד-ורב ,אפיים ארך — וחנו רחום אל ,’ה ’ה Именно в таком виде этот отрывок известен всем, кто хоть когда-нибудь читал «Покаянную молитву» («Таханун»), и в таком виде он обычно воспринимается примерно как «Всевышний милосердный, долготерпеливый и очищающий». (Очищающий, очевидно, от греха, т.е. прощающий.) Но, возможно, не все знают, что этот отрывок, который на самом деле представляет собой два предложения, имеет продолжение, ставящее перед читателем некоторую смысловую загадку. Давайте посмотрим, как этот отрывок выглядит полностью (Шмот 34:6-8): וַיַּעֲבֹר יְהוָה עַל-פָּנָיו, וַיִּקְרָא, יְהוָה יְהוָה, אֵל רַחוּם וְחַנּוּן—אֶרֶךְ אַפַּיִם, וְרַב-חֶסֶד וֶאֱמֶת. נֹצֵר חֶסֶד לָאֲלָפִים, נֹשֵׂא עָון וָפֶשַׁע וְחַטָּאָה; וְנַקֵּה, לֹא יְנַקֶּה—פֹּקֵד עֲון אָבוֹת עַל-בָּנִים וְעַל-בְּנֵי בָנִים, עַל-שִׁלֵּשִׁים וְעַל-רִבֵּעִים. וַיְמַהֵר, מֹשֶׁה; וַיִּקֹּד אַרְצָה, וַיִּשְׁתָּחוּ: На русский язык его переводят так: «И прошел Г-сподь пред его лицом, и возгласил: Г-сподь есть Г-сподь, Сильный, Милосердный и Милостивый, Долготерпеливый и великий милостью и истиной; Он хранит милость для тысяч, снимает вину и преступление и прегрешение, но без кары не оставляет; Он поминает вину отцов сыновьям и сынам сыновей до третьего и четвертого поколения. И поспешил Моше, и поклонился до земли, и пал ниц»1.

(Я специально привел фразу, следующую в тексте Торы, чтобы показать, что слова о том, что Всевышний хранит милость к тысячам поколений любящих Его, к «Тринадцати качествам милосердия» не относятся.) Человека, который не знаком с особенностями танахического иврита, этот отрывок может поставить в тупик. Что означает ינקה לא ונקה? Так «очищающий» или «не очищающий»? И почему в молитве «Таханун» фигурирует только первая часть этого словосочетания, хотя продолжение совершенно меняет смысл? Раши и другие комментаторы объясняют этот отрывок двояко — на основе «пшата» (буквального понимания) и на основе «драша» (специального толкования, данного нашими мудрецами для объяснения некоей идеи и не всегда согласуемого с буквальным смыслом). По «драшу», каждая из двух частей этой фразы имеет самостоятельное значение: «наке» («очищающий») — таков Всевышний для тех, кто раскаивается в своих поступках и не намерен их повторять, а «ло инаке» («не очистит») — таков Всевышний для тех, кто закоренел в дурных деяниях. Именно это толкование «дало право» составителям молитвы «Таханун» («молитвы раскаяния») указать в перечислении «качеств милосердия» только первую часть словосочетания. Но нам сейчас интересно, что же на самом деле хотел нам сказать Всевышний в Своей святой Торе — каков «пшат», буквальный смысл данной фразы? Ведь она объясняет исключительно важную вещь — то, как Всевышний управляет этим миром.

Для правильного понимания этого отрывка необходимо знать две особенности танахического иврита, а именно — «таамим» и глагольное удвоение.

«Таамим»

В эпоху Танаха, как известно, точек и запятых не было. Традиция о том, как, с какой интонацией читать святые тексты, где делать паузу, какой длительности, и так далее, была устной, и на определенном этапе, для удобства обучения, оформилась в виде сложной многоуровневой системы символов — гораздо более сложной и информативной, чем современные знаки препинания. Позже за ней закрепилось название «таамим», или «таамей а-микра».

Тем, кто слышал чтение Торы в синагоге, хорошо известно, что текст Торы и «афтарот» читается нараспев, с определенными мелодиями. Эти мелодии были придуманы не для красоты, а для того, чтобы на слух было легче воспринимать «запятые» разного уровня и разной смысловой нагрузки.

Полностью объяснение всех «таамим» и их целей — это отдельная большая тема, а для начала надо отметить, что делятся «таамим» на несколько уровней по своей силе и значимости. Два «таама» самого высокого уровня — это «этнахта» и «соф-пасук».

«Соф-пасук» (т.е. конец предложения) — это то, что в наше время соответствует точке в конце предложения, а «этнахта» — это как бы самая большая, самая жирная запятая («таамим» указываются для слова — как правило, под или над ним, но по смыслу они соответствуют запятой после этого слова).

Вот как выглядит «этнахта»:  «Этнахта» посреди предложения может быть только одна, и она как бы делит его на две логические части. Не зная, где в предложении находится «этнахта», все предложение можно понять совершенно неправильно. И еще важное правило, которое следует запомнить: очень часто, хоть не всегда, вторая половина предложения, после «этнахты», как бы объясняет первую.

Вот примеры того, как «этнахта» используется.

1) Война четырех и пяти царей (Берешит 14:12): וַיִּקְח֨וּ אֶת־ל֧וֹט וְאֶת־רְכֻשׁ֛וֹ בֶּן־אֲחִ֥י אַבְרָ֖ם וַיֵּלֵ֑כוּ וְה֥וּא יֹשֵׁ֖ב בִּסְדֹֽם: («И взяли Лота и его имущество, сына брата Аврама, и ушли, — а он обитал в Сдоме».) Если всех жителей Сдома, и Лота с его имуществом, тоже увели в плен, то как же может быть, что захватчики ушли, а Лот после этого живет в Сдоме? Ответ на этот вопрос дает «этнахта» под словом וילכו, делящая фразу на две смысловые части. То, что Лот был жителем Сдома, подчеркивается как причина того, что он попал в плен. (Глагол настоящего времени יושב в данном случае используется в значении того, что в английском языке называется «Past Continuous» — действие происходило в прошлом, но подчеркивается его протяженность.) וַיֹּֽאמְר֞וּ הָ֣בָה ׀ נִבְנֶה־לָּ֣נוּ עִ֗יר וּמִגְדָּל֙ וְרֹאשׁ֣וֹ בַשָּׁמַ֔יִם וְנַֽעֲשֶׂה־לָּ֖נוּ שֵׁ֑ם פֶּן־נָפ֖וּץ עַל־פְּנֵ֥י כָל־הָאָֽרֶץ: («И сказали они: Давайте построим себе город и башню, а вершина ее в небесах, и создадим себе имя; чтобы нам не быть рассеянными по всей земле!») «Этнахта» стоит под словом שם, которое в данном случае имеет смысл «слава», «репутация». По буквальному смыслу текста Торы и город, и башня нужны были только для того, чтобы люди продолжали жить вместе и не рассеялись по земле. Поэтому, подводя итог этой истории, текст говорит: הפיצם ומשם הארץ-כל פני-על ,יהוה («…и оттуда рассеял их Г-сподь по всей земле»). Известные мидраши о том, что башня была предназначена для войны с Б-гом, объясняют не буквальный текст (который в те далекие времена был всем понятен), а идею, более глубокий уровень смысла: тоталитарные общества по природе своей враждебны Всевышнему.

2) Вавилонская башня (Берешит 11:4):

3) Особая заповедь, данная после Потопа (Берешит 9:10): שֹׁפֵךְ֙ דַּ֣ם הָֽאָדָ֔ם בָּֽאָדָ֖ם דָּמ֣וֹ יִשָּׁפֵ֑ךְ כִּ֚י בְּצֶ֣לֶם אֱלֹהִ֔ים עָשָׂ֖ה אֶת־הָֽאָדָֽם: («Кто прольет кровь человеческую, человеком кровь его пролита будет, ибо в образе Б-жьем создал Он человека».) Причина, по которой следует наказывать убийц, заключается в том, что человек создан по образу и подобию Б-жьему.

Понять это можно трояко. Можно сказать, что речь идет об убитом — тогда фраза хочет подчеркнуть, как тяжек грех кровопролития. Можно сказать, что речь идет об убийце. У него же есть разум, а значит — и возможность держать в узде свои дурные желания, и ответственность за свои поступки. А можно сказать, что речь идет о судье. У него есть разум — значит, он способен отличить убившего сознательно от убившего по ошибке, убившего заслуженно (например, забравшегося в дом вора) от убившего из-за злого умысла. Это то, что дает право судье судить.

4) Пример из Пророков (Ирмияу 1:10): רְאֵ֞ה הִפְקַדְתִּ֣יךָ ׀ הַיּ֣וֹם הַזֶּ֗ה עַל־הַגּוֹיִם֙ וְעַל־הַמַּמְלָכ֔וֹת לִנְת֥וֹשׁ וְלִנְת֖וֹץ וּלְהַֽאֲבִ֣יד וְלַֽהֲר֑וֹס לִבְנ֖וֹת וְלִנְטֽוֹעַ: В переводе Давида Йосифона это предложение выглядит так: «Смотри, Я поставил тебя ныне над народами и над царствами, чтобы искоренять, и разбивать, и уничтожать и разрушать, строить и насаждать».

Вроде бы, все правильно, но есть одна тонкость, которая в русском переводе теряется. Под словом «разрушать» (т.е. по смыслу — между «разрушать» и «строить») стоит «этнахта». Таким образом, сначала Всевышний дает пророку задачу — «искоренять, разбивать, уничтожать и разрушать», а потом эта задача объясняется: «строить и насаждать». Т.е. разрушение, которым должен был заниматься пророк — это было на самом деле созидание.

В глазах многих общественных деятелей той эпохи пророк Ирмияу был врагом народа, разрушителем устоев и возмутителем общественного спокойствия. А с точки зрения Всевышнего Ирмияу был спасителем отечества, героем, пытающимся остановить надвигающуюся катастрофу.

5) Еще один пример того, как используются «таамим» (Берешит 2:10-14): וְנָהָר֙ יֹצֵ֣א מֵעֵ֔דֶן לְהַשְׁק֖וֹת אֶת־הַגָּ֑ן וּמִשָּׁם֙ יִפָּרֵ֔ד וְהָיָ֖ה ה֣וּא אֶ֣רֶץ הַֽחֲוִילָ֔ה אֲשֶׁר־שָׁ֖ם הַזָּהָֽב׃ וּֽזְהַ֛ב הָאָ֥רֶץ הַהִ֖וא ט֑וֹב לְאַרְבָּעָ֥ה רָאשִֽׁים׃ שֵׁ֥ם הָֽאֶחָ֖ד פִּישׁ֑וֹן ה֣וּא הַסֹּבֵ֗ב אֵ֚ת כָּל־ הַסּוֹבֵ֔ב אֵ֖ת כָּל־אֶ֥רֶץ כּֽוּשׁ׃ וְשֵׁ֨ם הַנָּהָ֤ר הַשְּׁלִישִׁי֙ חִדֶּ֔קֶל שָׁ֥ם הַבְּדֹ֖לַח וְאֶ֥בֶן הַשֹּֽׁהַם׃ וְשֵֽׁם־הַנָּהָ֥ר הַשֵּׁנִ֖י גִּיח֑וֹן ה֥וּא הַֽהֹלֵ֖ךְ קִדְמַ֣ת אַשּׁ֑וּר וְהַנָּהָ֥ר הָֽרְבִיעִ֖י ה֥וּא פְרָֽת׃ («И поток выходит из Эдена, чтобы орошать сад, а оттуда разделяется он на четыре главных [течения]. Имя одного — Пишон, он обтекает всю землю Хавила, где золото. А золото той земли хорошее; там хрусталь самородный и камень оникс. А имя второго потока — Гихон, он обтекает всю землю Куш. А имя третьего потока — Хидекель, он течет к востоку Ашура; а четвертый поток — это Прат».) Большинство читателей понимают первое предложение их этого отрывка так: «И река вытекает из Эдена орошать сад, и оттуда она разделяется на четыре потока». «Рош» в данном случае, это конечно же, не «голова», а «поток» — сравните с книгой Ийова (1:17): וייקחום, ואת הנערים הכו לפי חרב; ואימלטה רק אני כשדים שמו שלושה ראשים ויפשטו על הגמלים לבדי, להגיד לך: («Касдимы расположились тремя отрядами и набросились на верблюдов и забрали их, а отроков сразили острием меча; и спасся лишь я один, дабы известить тебя».) Но совершенно непонятно, как четыре реально существующие реки, которые находятся в совершенно разных местах, могут вытекать из одной? «Таамим» помогают найти ответ на этот вопрос. «Этнахта» стоит под словом הגן, а под словом יפרד стоит «закеф катан» — одна из «запятых второго уровня». Поэтому перевод «она разделяется на четыре потока» неверен, и звучать правильный перевод должен примерно так: «…и оттуда она разделяется (или распыляется), а потом она превращается в четыре потока». Тогда проблемы нет — в принципе, эти четыре потока формируются из одного источника, но не понимайте слишком буквально, что это одна река разделяется на четыре.

Абсолютная форма глагола и глагольное удвоение

В тексте Торы и Танаха существует грамматическая форма, которая в наше время вышла из употребления — когда перед глаголом, стоящим в нужном лице и нужном времени, стоит этот же глагол в несколько необычной форме, как правило очень похожей на «основу» этого глагола (инфинитив без первой буквы «ламед»). Такая форма называется מקור מוחלט — «абсолютная форма глагола», и ее сочетание с «обычным» глаголом используется для усиления смысла.

Тем, кто бывал на еврейских свадьбах, эта конструкция хорошо знакома по текстам «Семи благословений», которые произносят под хупой: העקרה ותגל תשיש שוש, или — שמח האהובים רעים תשמח , т.е. «великой радостью порадуй возлюбленных…».

Иногда абсолютная форма несколько отличается от основы. Если третья буква корня — ה, как, например, в корне ראה, то в конце инфинитива стоит ות, но для использования в абсолютной форме там именно ה. Например, первая молитва Ханы (в начале Книги Шмуэля): אִם-רָאֹה תִרְאֶה בָּעֳנִי אֲמָתֶךָ…

(«если увидишь Ты страдания своей рабыни…») Другое исключение — когда средняя буква это י, например в корне שׂישׂ. Тогда в инфинитиве стоит буква «вав» с огласовкой «шурук», а в абсолютной форме — с огласовкой «холам». Типичный пример — упоминаемое выше благословение: שוש תשיש ותגל העקרה.

Вот типичный пример использования этой конструкции в тексте Торы (Берешит 2:17) — здесь для удобства читателей я буду использовать не «таамим», а привычную нам пунктуацию: וּמֵעֵץ הַדַּעַת טוֹב וָרָע—לֹא תֹאכַל, מִמֶּנּוּ: כִּי, בְּיוֹם אֲכָלְךָ מִמֶּנּוּ מוֹת תָּמוּת.

(«Но от Дерева познания добра и зла, не ешь от него; ибо в день, когда станешь есть от него, смерти предан будешь».) На самом деле, смысл слов этого стиха следующий: когда ты вкусишь от Дерева познания добра и зла, то «обязательно умрешь» или «ты, несомненно, умрешь».) Форма תמות מות использована для усиления смысла, и совершенно ненужно переводить ее как «смертью умрешь», как это сделано в христианских и в некоторых еврейских переводах. Первый автор этого варианта перевода, видимо, считал, что это максимально дословный перевод, но это неверно, потому что слово «смерть» — это существительное, а מוֹת — это форма глагола. Незадачливый переводчик, видимо, перепутал слова מוֹת и מָוֶת.

Еще пример (Дварим 17:15): בּו; מִקֶּרֶב אַחֶיךָ, תָּשִׂים עָלֶיךָ מֶלֶךְ לֹא תוּכַל לָתֵת שׂוֹם תָּשִׂים עָלֶיךָ מֶלֶךְ, אֲשֶׁר יִבְחַר יְהוָה אֱלֹהֶיךָ עָלֶיךָ אִישׁ נָכְרִי, אֲשֶׁר לֹא-אָחִיךָ הוּא.

(«То поставь над собою царя, которого изберет Господь, Б-г твой. Из среды братьев твоих поставь над собою царя; ты не можешь поставить над собой чужеземца, который не брат тебе».) В Гемаре («Санэдрин» 20б) мудрецы разошлись во мнениях относительно того, поставить царя — это обязанность или право? Применительно к переводу буквального смысла текста Торы здесь возникает следующий вопрос: правильно ли, что выражение תָּשִׂים שׂוֹם означает «обязательно поставь себе царя»? В других местах («Санэдрин» 19б; «Кидушин» 32б и др.) Гемара толкует это выражение по-другому: царю положено воздавать большие почести, и царь не имеет права прощать проявления неуважения к себе и непослушания. Таким образом, наилучшим был бы такой перевод: не просто «поставь над собой царя», а «крепко поставь над собой царя», или — «поставь над собой сильного царя». Таким образом, как следует из слов Гемары, применением этой грамматической конструкции с образованной от глагола формой שׂוֹם фраза подчеркивает, что поставить царя — это не единичный акт, а процесс: ты должен всегда заботиться уб укреплении царской власти (разумеется, власти Б-гобоязненного царя, «ведущего Б-жьи войны», самовластие которого ограничено алахой и функционированием Санэдрина).

Кстати, давайте теперь попробуем применить эту идею к предыдущему примеру, и сказать, что использование основы глагола מוֹת — это указание на некий процесс. Что тогда у нас получится в плане перевода? Не дословный, но максимально точно отражающий суть фразы перевод должен звучать так: «… в тот день, когда ты вкусишь от него, у тебя начнется процесс умирания, который закончится окончательной смертью». Именно так объясняет это место Хизкуни, один из наших классических комментаторов: «В этот день ты станешь смертным».

Еще один пример — хорошо нам всем известный «пасук» («стих», предложение), который мы читаем два раза в день, утром и вечером (Дварим 11:13): וְהָיָה, אִם-שָׁמֹעַ תִּשְׁמְעוּ אֶל-מִצְוֹתַי, אֲשֶׁר אָנֹכִי מְצַוֶּה אֶתְכֶם, הַיּוֹם לְאַהֲבָה אֶת-יְהוָה אֱלֹהֵיכֶם, וּלְעָבְדוֹ, בְּכָל-לְבַבְכֶם, וּבְכָל-נַפְשְׁכֶם.

(«И будет, если внимать будете заповедям Моим, которые Я заповедую вам сегодня, чтобы любить Господа, Б-га вашего, и служить Ему всем сердцем вашим и всей вашей душой».) В том переводе, который в первый год моего пребывания в Стране Израиля распространяли среди приехавших, это переведено так: «И вот, если вы послушаетесь Моих заповедей…». Как я сейчас понимаю, особой точностью этот перевод не отличается. Послушаться кого-то — это בקול לשמוע или לקול לשמוע. Просто לשמוע значит «услышать», но в танахическом иврите это слово часто используется в значении «понять» или «постигнуть», как, например, в известном выражении ונשמע נעשה (Шмот 24:7) или שמע אביך מוסר בני (Мишлей 1:8). А глагольное удвоение стоит, чтобы подчеркнуть: не просто «если поймете Мои заповеди», а — «если вникнете в Мои заповеди», или «если усвоите Мои заповеди».

По другому варианту объяснения, глагольное удвоение использовано для того, чтобы подчеркнуть: постижение заповедей — это не единичный акт (узнали — начали делать), а процесс, который должен продолжаться все время, и чем дольше мы будем изучать Тору, тем легче для нас это будет и тем глубже будем мы ее постигать. Именно так трактует это место Гемара («Брахот» 40а).

Теперь подумаем, как должна звучать такая конструкция в случае отрицания — не «это обязательно случится», а «это обязательно не случится»? Очень просто: точно так же, только между двумя словами вставляется слово «לא».

Мне неизвестны примеры использования такой конструкции в тексте Торы (за исключением нашего отрывка про милосердие, к которому мы скоро вернемся), но есть примеры использования этой конструкции в других книгах Танаха. Вот они (Йехезкель 20:32): אֹמְרִים, נִהְיֶה כַגּוֹיִם כְּמִשְׁפְּחוֹת הָאֲרָצוֹת—לְשָׁרֵת, עֵץ וְהָעֹלָה, עַל-רוּחֲכֶם הָיוֹ, לֹא תִהְיֶה: אֲשֶׁר אַתֶּם וָאָבֶן.

(«И не бывать тому, что вы себе воображаете: станем, как все народы, служить дереву и камню»).

Выражение «תהיה לא היו» использовано для усиления смысла: «не быть такому!», или: «не сбудется это!» Еще один пример, на сей раз из конца Книги Йоэля. Тут мне придется процитировать всю последовательность фраз, чтобы стало понятно, о чем идет речь: תִּהְיֶה; מֵחֲמַס בְּנֵי יְהוּדָה, אֲשֶׁר-שָׁפְכוּ דָם-נָקִיא מִצְרַיִם, לִשְׁמָמָה תִהְיֶה, וֶאֱדוֹם, לְמִדְבַּר שְׁמָמָה בְּאַרְצָם. וִיהוּדָה, לְעוֹלָם תֵּשֵׁב; וִירוּשָׁלִַם, לְדוֹר וָדוֹר.

וְנִקֵּיתִי, דָּמָם לֹא-נִקֵּיתִי; וַיהוָה, שֹׁכֵן בְּצִיּוֹן.

(«Египет станет пустошью, а Эдом будет безлюдной пустыней за насилие над сынами иудейскими, чью невинную кровь проливали они в стране их. И будет вечно заселена Иудея; и Йерушалаим во веки веков. И отомщу Я за кровь их, еще не отомщенную; и будет Г-сподь обитать на Ционе».) Выражение ניקיתי-לא דמם ,וניקיתי не означает, конечно же, что кровь сыновей Йеуды одним «очищена», или «стерта», т.е. — прощена и забыта, а другим — нет. Наоборот, это означает: «их кровь ни в коем случае не прощена и не забыта», т.е. возмездие придет обязательно.

Теперь давайте соберем все, что мы узнали и посмотрим на наш отрывок с «качествами милосердия».

Подлинное милосердие Всевышнего

Вот как выглядит соответствующий отрывок с «таамим» и огласовками: וְחַנּ֑וּן אֶ֥רֶךְ אַפַּ֖יִם וְרַב־חֶ֥סֶד וֶֽאֱמֶֽת׃ נֹצֵ֥ר חֶ֨סֶד֙ לָֽאֲלָפִ֔ים וַיַּֽעֲבֹ֨ר יְהוָ֥ה ׀ עַל־פָּנָיו֮ וַיִּקְרָא֒ יְהוָ֣ה ׀ יְהוָ֔ה אֵ֥ל רַח֖וּם נֹשֵׂ֥א עָון וָפֶ֖שַׁע וְחַטָּאָ֑ה וְנַקֵּה֙ לֹ֣א יְנַקֶּ֔ה פֹּקֵ֣ד ׀ עֲון אָב֗וֹת עַל־בָּנִים֙ וְעַל־בְּנֵ֣י בָנִ֔ים עַל־שִׁלֵּשִׁ֖ים וְעַל־רִבֵּעִֽים׃ וַיְמַהֵ֖ר מֹשֶׁ֑ה וַיִּקֹּ֥ד אַ֖רְצָה וַיִּשְׁתָּֽחוּ: С первым предложением все более или менее понятно: «Г-сподь милостивый и милосердный, долготерпящий, его милость и справедливость огромны». Надо только отметить, что между словами חסד и אמת стоит «таам» самого низкого уровня — «мерха». Такой «таам» — это, скорее, не «разделитель», а «объединитель». У слова חסד («хесед») нет точного аналога в русском языке; его обычно переводят как «милость» или «милосердие». Смысл слова אמת («эмет») понятен — «правда». В таком сочетании слова в танахическом иврите — это не две разные вещи: одна вещь здесь дополняет другую. Т.е. ואמת חסד («хесед ве-эмет»)это «подлинное милосердие», «милосердие по правде». Похожее выражение используется, когда праотец Яаков просит Йосефа не хоронить его в Египте, а похоронить его в пещере Махпела (Берешит 47:29): תקברני נא-אל ,ואמת חסד עימדי ועשית במצריים — т.е. «окажи мне подлинную милость» (ואמת חסד — это אמת של חסד).

Второе предложение: «Хранящий милосердие тысячам, терпящий преступление, злодеяние и грех…». Слово נושא дословно означает «несет», применительно к греху оно означает — «терпит». В зависимости от контекста это выражение может означать «терпеть грех» — в смысле, не наказывать за него, может означать «терпеть из-за греха», т.е. пострадать из-за греха другого, а может — «терпеть наказание из-за греха». Наиболее употребительно использование именно в этом последнем смысле, например, в Бемидбар (5:31): וניקה האיש, מעוון; והאישה ההיא, תישא את-עוונה: («И чист будет муж от вины, а та жена понесет свою вину».) В данном случае, очевидно, это выражение используется в первом смысле, подобно тому, как Каин говорит про себя: מנשוא עווני גדול («слишком велик мой грех, чтобы его можно было нести», в смысле — чтобы Всевышний мог его терпеть).

После этого стоит «этнахта», и текст объясняет, каким образом Всевышний «терпит» грехи. Эта вторая половина, в свою очередь, тоже делится на две части.

Сначала указывается: ינקא לא ונקא — но Он (Всевышний) ни в коем случае не «стирает» грехи, т.е. не прощает и не забывает! После этого стоит «закеф катан» — «запятая второго уровня», и предложение продолжает пояснять, каким образом грех терпится, но не прощается: Он (Всевышний) «вспоминает», т.е. взыскивает грех отцов с их детей и внуков, до третьего и четвертого поколения.

Вот, оказывается, как обстоит дело. Мы-то думали, что Всевышний — «долготерпеливый и прощающий», а милосердие Всевышнего, на самом деле — справедливое и честное. Всевышний никогда не забывает про разницу между теми, кто грешит, и теми, кто не грешит, теми, кто раскаивается, и теми, кто — нет. Иначе не было бы справедливости, а был бы определенный конфликт между справедливостью и милосердием. Но величие Всевышнего в том, что Его милосердие справедливо, а справедливость — милосердна. В отношении тех, кто грешит и не раскаивается, Всевышний ждет и откладывает наказание, до поры до времени, но ни в коем случае его не отменяет! Настанет время — и будут наказаны грешники, «по полной программе».

Теперь, когда нам понятно что, на самом деле, имеет в виду текст Торы, нам должно быть ясно, что имели в виду наши святые мудрецы, когда говорили, что когда евреи будут упоминать в молитве качества милосердия Всевышнего, они обязательно будут прощены («Рош а-Шана» 17б). (Нужно так же отметить, что и из контекста Пятикнижия, и из контекста Талдмуда понятно, что это обращение не к отдельным людям, а к общинам и народу в целом. Например, Талмуд говорит, что Всевышний как бы предстал как «шалиах цибур» — «посланник общины», возглавляющий молитву).

Это, естественно, не означает, что громкое произнесение определенного порядка слов оказывает некое магическое действие и приводит к тому, что Всевышний «забывает» про наши грехи (понятно, что такое предположение — это очевидная глупость, но, к сожалению, она весьма распространена). Имеется в виду совсем не это.

Люди живут привычной жизнью. Что-то они привыкли соблюдать, что-то — нет. Есть вещи, которые весьма проблематичны с точки зрения алахи, но все так делают, делают уже давно, и все к этому привыкли. И все нор- мально — солнышко светит, птички поют, люди приходят утром на работу или, к примеру, на учебу в коллель, получают чеки в конце месяца, чуть ли не каждую неделю свадьба, торжественный кидуш или бар-мицва, и все прекрасно. И человек живет так годами, пребывая в полной уверенности, что все нормально и что ничего он в своей жизни менять не должен. А вникая в то, о чем говорят «качества милосердия», человек должен понять: продолжающееся иллюзорное благополучие — это не свидетельство того, что наши поступки вполне устраивают Всевышнего. Это может быть отсрочка наказания, возможность дать нам задуматься над нашими поступками и исправить их. И если мы этого не сделаем — наказание придет, если не в нашем поколении, то при жизни наших детей и внуков.

И если народ это поймет, то люди исправят свои поступки по-настоящему, чем заслужат прощения и справедливого, заслуженного милосердия.

Здесь и ниже, где в скобках дан перевод стихов из Пятикнижия на русский язык, приводится перевод Фримы Гурфинкель, если не указано иное. В случае других книг Танаха в скобках дан перевод Давида Йосифона. Это сделано для удобства читателя. Автор часто предлагает другой перевод. — прим. ред.

Поделиться: